Смерть на Кикладах. Сборник детективов №5 - Сергей Изуграфов

Ясность — это одна из форм полного тумана.

Юлиан Семенов

Резкая трель интеркома вернула Смолева в реальность из состояния глубокой задумчивости. Долгожданный вызов шел с ресепшн. Одной рукой Алекс быстро нажал на кнопку громкой связи, другой — закрыл ноутбук, где уже полчаса во всех подробностях изучал материалы о жизни Макарова, присланные в свое время Ириной Петровской. С самого раннего утра владелец виллы чувствовал насущную потребность чем-то занять себя в ожидании вестей от старшего инспектора, и старая тайна, в которую Смолев погрузился целиком, как нельзя лучше помогла ему поймать правильный рабочий настрой. Теперь, похоже, дело сдвинулось, и к Макарову он еще обязательно вернется, чуть позже: сейчас есть более срочные вопросы.

— Ну же, не томи! — нетерпеливо произнес он в пространство. — Новости есть?

— Дядя Саша, — напряженный голос его управляющей заполнил кабинет владельца виллы, подтверждая его догадку. — К вам с генералом рвется старший инспектор Антонидис. Звонил из полицейского участка. Очень просил встречи.

— Как звучал? — задумчиво постукивая карандашом по лежащему перед ним календарю-ежедневнику, поинтересовался Смолев. — Радостно или наоборот?

— Да где там «радостно»! Голос у него был кислее некуда. Вы готовы сейчас с ним поговорить?

— Конечно, — без колебаний ответил Алекс, быстро делая пометку в ежедневнике. — Пригласи и сразу веди его сюда, как подойдет. И ближайшие два часа нас не беспокойте, все остальные дела подождут. А пока распорядись: пусть Артеми накроет нам легкий завтрак в гостиной на хозяйской половине. Выпечку, рисовую кашу, масло, джем, фрукты. Да кофе покрепче и побольше: старший инспектор наверняка не спал всю ночь. Больше ничего не нужно. Генерал повел своих на пляж, сказал, что вернется, как только устроит их там. Будет через четверть часа. Так что все соберемся в одно время.

— Я их видела, Манны всем семейством вместе со Стефанией прошли мимо ресепшн полчаса назад, — подтвердила Софья. — И Крыловы тоже. Все такие веселые… Они все еще ничего не знают? — добавила она тоном ниже, словно кто-то мог их подслушать.

— А смысл? Незачем их волновать, нам это сейчас никак не поможет, — хмуро пояснил Смолев и задал в свою очередь вопрос: — Как там Катерина? Как себя чувствует?

— Плохо, дядя Саша. Был врач, снова дал ей успокоительное. Без него она постоянно плачет. Сказал, что она очень впечатлительная, прописал еще лекарство и постельный режим еще на пару дней. Я отправила Артеми в аптеку, взяли успокоительного про запас. Костас после того, как его отпустили из полиции, — он давал письменные показания, как нашедший тело, — от Катерины не отходит, сидит, за руку держит. Так что до среды минимум мне придется за нее подежурить на ресепшн. Ничего, я справлюсь! Если что — мой боккен со мной!

— Будешь тут впечатлительным, — пробормотал Смолев, потирая левый висок и болезненно морщась. — Если в таком юном возрасте с завидной регулярностью находить трупы постояльцев… В том, что ты справишься, я нисколько не сомневаюсь. А вот боккен тебе вряд ли понадобится: что-то мне подсказывает, что нападений на виллу больше не будет… Ладно, звони Антонидису и приглашай. Я на месте. Все, отбой!

Смолев откинулся в кресле и задумался. Дела с расследованием шли хуже некуда. Вчерашнее их с генералом срочное возвращение на остров мало что дало. Раскрыть убийство испанца по горячим следам не удалось, как и обнаружить пропавших. Вся полиция была поднята на ноги. С поздней ночи в порту шли проверки и досмотры судов, покидающих остров. Досматривались даже рыбацкие лодки, уходящие на промысел, чего на острове не случалось уже много лет. По договоренности между Манном и министром внутренних дел на Наксос были переброшены полицейские подразделения с пяти соседних островов, ожидалось подкрепление из Афин.

Прибрежные воды бороздили катера Береговой охраны, а вертолет, доставивший Смолева и Манна на остров вечером накануне, поступил в распоряжение криминальной полиции острова и совершал непрерывные облеты береговой линии, пытаясь обнаружить любую, вызывающую хоть малейшее подозрение активность, чтобы немедленно сообщить о ней в штаб операции. Вертолет уходил в поиск снова и снова, возвращаясь в порт только для очередной дозаправки. Пилоты работали посменно, но пока ничего подозрительного им обнаружить не удалось.

Была надежда, что к утру появятся обнадеживающие новости. Но, судя по тому, что голос у Антонидиса был «кислее некуда», старший инспектор, скорее всего, будет докладывать о неудаче. Подозреваемые — их словесные портреты и фотороботы благодаря показаниям Бэрроу и Катерины были составлены и находились на руках у каждого полицейского — опять же, скорее всего, не задержаны, а пропавшие постояльцы — Винченце Малаволья и Урсула Викстрём — не обнаружены.

Алекс в сердцах чертыхнулся, встал и выглянул через балконную дверь на улицу.

Столица острова жила своей жизнью: магазинчики были открыты, немногочисленные туристы осеннего сезона медленно прогуливались по улочкам Бурго, глазея по сторонам, и то и дело замирая с фотоаппаратами и смартфонами у какой-нибудь достопримечательности в виде особенно живописной лестницы с вереницей ярких цветов в глиняных горшках и фаянсовых кадках или таверны с ее красочной вывеской, расписанной вручную местным художником, не признающим каноны академической живописи. Сделав очередное селфи, туристы радостно шли дальше за новыми впечатлениями. Так и жизнь на острове шла своим чередом. О криминальном происшествии напоминала только полицейская лента, все еще натянутая у входа в амфитеатр, построенный Смолевым на соседнем участке: на месте преступления по-прежнему работали эксперты. Тяжело вздохнув, Алекс отвернулся. Концертов теперь, судя по всему, долго еще не будет.

Негромко, повинуясь доводчику, хлопнула входная дверь. Еще через пару минут в кабинет неслышно вошел Манн и молча уселся в кресло, стоящее напротив стола, жалобно скрипнувшее под его весом. Алекс невесело улыбнулся про себя: генерал еще не разучился ходить практически беззвучно, несмотря на свою внушительную комплекцию борца-рестлера.

— Когда? — лаконично поинтересовался генерал, удобно расположившись в кресле и вытянув ноги.

— С минуты на минуту, — ответил Алекс, возвращаясь на свое место. — Звонил. Голос кислый.

— Думаешь?.. — продолжил Манн, пристально глядя на друга, понимавшего его с полуслова.

— Думаю: ничего! — ответил Смолев. — Пусто. Будем придумывать что-то еще.

— Плохо, время уходит, — по-прежнему кратко резюмировал Манн, и повернув ухо в сторону гостиной, где Артеми уже, звеня посудой, накрывала на стол, заметил: — Ты все-таки решил позавтракать?

— Да надо бы. Час назад кусок в горло не лез, Стефания весь завтрак косилась, едва отговорился легкой мигренью. Думаю, не поверила, но промолчала. Женскую интуицию не обманешь.

— Вот поэтому, чтобы не травмировать близких и родных, особенно женщин, — назидательно произнес генерал, — я годами вырабатывал у себя привычку кушать с аппетитом в любое время, несмотря на обстоятельства и во что бы